Все когда-нибудь заканчивается. Хорошая книга, славная история, даже жизнь, мать ее дери, имеет свойство подходить к концу. Тетрасу было рановато готовить белые сапоги, чтобы встречаться с Камнем, Создателем, или кто там его был готов приютить на последний разок, поэтому отправился в длинное и познавательное путешествие. Хотя, конечно, всем сказал, что возвращается в Киркволл. Ага-а, через весь Тедас возвращается.
Новая книга была почти готова, но некоторые моменты, истускнев в памяти, затерявших за страхами и пережитым, требовали красок. Нужно было пройти по еще пока не оклемавшимся землям, послушать нынешние сплетни, сравнить с прошлыми, уловить ту невидимую, но ощутимую лишь рассказчикам грань между "конец света" и "а все не так плохо". Может, не только рассказчикам, но и всяким кунари из Бен-Хазрат. Один из таких шлялся с ним, увивался хвостом... Ладно-ладно, все было не так.
Но кто не любит преувеличения, тот не Варрик Тетрас.
- До Вершиля не пойдем. Мне эти надушенные идиоты в масках еще на балу опротивели, - лениво выдал наземник, увидев очередные указатели. Шли они не по Имперскому тракту, а путями куда более обходными, словно специально избегая солдат, которых после своеобразной победы Инквизиции стало как-то чрезмерно много. Бдительность это, несомненно, здорово, но зачем в таких количествах? Что, армию настругали и девать некуда? Эх, люди.
Зато гном с удовольствием направился постоялому двору, к которому услужливо подтолкнул указатель.
- Раз ты меня везти на своем горбу отказался, - привычно насмешливо протянул, - то пойдем-ка попробуем местное пойло. В последний раз оно было похоже на дрянную подделку под орзаммарский эль. Правда, процент выживаемости после такой бурды куда выше.
Постоялый двор представлял собой три длинный дома из дерева и кирпича, обнесенный высоченным забором. Кое-где еще виднелись следы пожаров и наспех заделанные пробоины от снарядов, а недалеко еще горели кострища, видимо, отправляя в небо трупный дым. Гражданская война оставила слишком много мертвецов.
В ворота их пустили без лишних вопросов, впрочем, это окупилось недоверчивым и даже испуганными взглядами, бросаемыми на кунари. Варрик без зазрения совести обратил внимание "рассеянного" спутника.
- Гляди-ка, они рады видеть тебя. Берегись, сейчас кинутся в ножки, чтобы ты их обкунарил. Или они тебя оторлеят. Если так, то я тебя не знаю, но, если вздумаешь побеждать, то исключительно после сборов ставок на победу в третьем раунде. Иначе плакали наши дорожные сбережения.
Гном вполне мог говорить сам с собой, но, по правде говоря, сейчас выглядел уставшим и каким-то разбитым, поэтому и говорил с напускной ленцой, медлительно, не особо задумываясь, поймет ли его собеседник. Пусть Варрик всегда был городским жителем, годы походов сначала с Хоуками, а затем с Тревельяном приучили его держаться дольше, чем хотелось. Но как-то все эти детали, напоминающие о том, что все было на краю, а они взяли мир за чуб и вытащили из кучи дерьма, а он, пусть и вылез, но неполностью, его угнетали.
- Надо бы пропустить пару кружек... или бочек, - покосился на Железного Быка. - Я так понимаю, в тебя бочонка два войдет, как секира в масло?