Ферро засыпала на ходу. 
Как назло, спальное место девушки было у самой стенки, между небольшим оконцем и ограждением, отделяющим казармы женской части почивальни от мужской. Чуткий сон нарушал скрип кроватей, чей-то храп, сравнимый с пердежом бронто, а к утру начались ор и крики, которые насылали на Меркатто панические атаки, следовательно – уснуть так и не получилось.
  Магесса мысленно прокляла все, на чем свет стоит: ей хотелось лечь и отдохнуть, сказать Первому Чародею, что ей смертельно плохо и ее необходимо оставить в покое. Ну, или хотя бы перевести ее из комнаты учеников в отдельные покои, где она могла бы спать, когда она хочет спать, заниматься, когда она может заниматься, а не в тот момент, когда по особому складываются обстоятельства. Сегодня утром она вновь отправила прошение Орсино, чтобы тот выделил ей несчастные шесть с половиной квадратных метров отдельно от других, но уважаемый эльф только понимающе покивал и отправил Меркатто восвояси – ждать решения Мередит, а та, как обычно скажет, что свободных мест нет, так что довольствуйся малым и не действуй на нервы.
Эта престарелая стерва-храмовник порой заставляла подгорать пятую точку Фернанды, но последняя стоически сдерживала порывы пнуть могучую женщину под коленку и весело хохоча бежать за чью-нибудь узкую спину. Например, того же Орсино! Он же привык улаживать конфликты с этой химерой?

Так или иначе, время приближалось к завтраку. Меркатто справедливо посчитала, что если уж поспать ей не удалось, то бодрящий напиток в виде крепкого черного чая или мерзко сваренного кофе как-то спасет положение, посему, девушка отправилась в столовую, где местные жители Киркволльского круга уже трапезничали (в большой семье клювом не щелкай).
  Опечалено вздохнув, Фернанда неторопливо побрела к одному из длинных столов, за которым уже расселся один из ее верных товарищей, с которым за долгие годы жизни у магессы сложились приятные дружеские отношения. Она ими безмерно дорожила, а мага уважала за мастерство и легкий характер, с помощью которого мужчина легко шел на контакт даже с теми, у кого характер отнюдь не сахар.

Иор, Страж Каземат, впечатлительный и эмоциональный, он всегда оставался на приятной спокойной волне, чем всегда подкупал чувствительную до настроения Ферро.
- Ты сегодня до неприличия бодр, - Девушка села за стол и налила из небольшого медного кувшина горячий кофий, - И явно доволен. – Заговорчески ухмыльнувшись, промурлыкала Меркатто.
Для Ферро не было секретом, что ее бесконечно преданный друг предпочитает общество мужчин – это делало его еще более привлекательным собеседником в глазах магессы, ведь он определенно не будет рассматривать Меркатто, как объект своих желаний, а значит, она не учует в его намеках ни капли грязи.
- Какие планы на сегодня?

Ферро услышала бодрый марш храмовников еще до того, как рыцари под командованием леди Станнард вошли в обеденную залу. Девушка зажмурилась, чем привлекла внимание своего собеседника, но успев подавить в себе всяческое желание встать и убежать, она лишь спокойными и выверенными движениями засыпала в тарелку с кашей нарезанные кубиками дольки яблок, а в кофе налила немного молока хорошенько сдобрив все сахаром, да так, чтобы во рту оставалось несколько приторное послевкусие. Оно хотя бы немного заглушит усталость и желание повалиться на ковер в учебном зале, дабы продолжить свой отдых: теперь Фернанде казалось, что ее не разбудит даже выстрел из требушета, не то, что какой-то храп!
– Не подлежит сомнению то, что уж Страж Каземат точно знает рецепты того, как и в каком количестве стоит держать себя в тонусе. – Ловко парировала Меркатто, добро прищурив один глаз, подобно старой кошке. Магесса до сих пор ощущала неладное, когда с губ ее или собеседника срываются нотки иронии и сарказма, бьющие по самым незащищенным точкам, однако страх научил ее, что лучшая защита – крепкий клинок самоиронии и щит из благоразумного спокойствия, чем она старалась неустанно пользоваться, практикуясь в своих начинаниях с маэстро своего дела – Иором.
Их частенько видели вместе: юного чудотворца алхимии и искусного мастера над барьерами. Те, кто не знал обо всех тонкостях отношений этой парочки шептались и переговаривались за их спинами, церковные сестры поговаривали, будто Ферро – поддавшаяся своей «низменной марчанской аристократичной вседозволенности» - запрыгнула к эльфу в кровать, а тот и не дурак отказаться от постоянной пассии, те же кто был более искушен в сплетнях, придумали версии куда более захватывающие и приключенческие, будто эти двое планируют побег, сопровождая все звуком фанфар и кровавыми жертвами.
 
Не сложно было догадаться, что храмовники в обязательно порядке захотят провести с ними воспитательную беседу. И если уж Иор дослужившись до высокого звания и уважения в Кругу, то малолетняя Ферро в свое время была допрошена по всем канонам, но никаких плодов это служителям госпожи Станнард это не дало. Зато научило Фернанду быть более осторожной, продуманной и внимательной.
– А если бы, –  Не без печали в голосе ответила Меркатто, покручивая в руках кружку со сладким кофе. – Я отправила с утра прошение, - Вздох, - Очередное. И жду ответа от Орсино, он обещал его «до завтрака», передать его Рыцарю-Командору. – Выдох. – Я не хочу говорить ничего предрассудительного, но тот парень, кажется, Дюран, с его сломанным носом, меня уже, демон побери… - Фернанда вспыхнула краской, стоило представить, что он бы с ней мог сделать, если бы фигуральное выражение было столь же прямым, как лезвие клинка храмовника. – У меня есть ужасная мысль подкараулить его у двери и случайно ему двинуть ей по самое не хочу.

Фернанда поскребла ложкой по днищу тарелке, доедая остатки каши и тревожно улыбаясь.
- Если хочешь, я могла бы пойти с тобой. За ингредиентами. У меня они тоже кончаются, да и лишним никогда не будет, как раз хотела бы опробовать что-нибудь новенькое. Есть у меня парочка мыслей… Так что давай после полудня во дворе, заодно посмотрим, что ответит леди Станнард.

Меркатто, вставая, потрепала своего друга по плечу и быстро засобиралась из трапезной: ее ждали нелегкие часы с лекциями и парочкой спаррингов.